Лингвомания: новости и заметки о языках

Согласно гипотезе лингвистической относительности, известной также как гипотеза Сепира-Уорфа (the Sapir–Whorf hypothesis), язык человека определяет его восприятие мира. Иначе говоря, носители разных языков воспринимают окружающий мир немного по-разному в зависимости от особенностей их родного языка.

Сотрудники Массачусетского технологического института (США) во главе с Джонатаном Винавером провели в Бостоне эксперимент, направленный на выяснение того, как отсутствие или наличие лексической дифференциации между оттенками синего цвета соответственно в английском и русском языках влияют на восприятие этих оттенков носителями указанных языков. Были отобраны две группы испытуемых из природных носителей соответственно английского и русского языков. Обеим группам были даны одинаковые задания, в которых предлагалось выбрать, какой из трёх предложенных синих квадратов разных оттенков наиболее похож по цвету на четвёртый квадрат.

В первом задании все три квадрата лишь незначительно отличались оттенками, в то время как во втором оттенки синего заметно различались — от светлого (голубого) до тёмного (синего). Англоязычной группе было одинаково трудно выбрать наиболее подходящий заданному цвет в обоих заданиях, так как в английском языке светлый и тёмный оттенки синего цвета не различаются и объединяются под одним понятием blue. Носители же русского языка с трудом справились с первым заданием, однако легко выполнили второе, так как в русском языке светло-синий (голубой) и тёмно-синий (синий) являются двумя разными цветами.

«Нами впервые было получено экспериментальное подтверждение межъязыковых различий в восприятии цветов», — отмечает Винавер.

С другой стороны, когда русскоязычным участникам было предложено перед повторным выполнением задания запомнить и держать в уме восьмизначное число, они выполнили оба задания с одинаковым трудом, так же как их англоязычные коллеги. По мнению Винавера, это объясняется тем, что из-за затраты дополнительных усилий на запоминание мозг с бóльшим трудом решал поставленную задачу и вынужден был пренебречь «излишним» различием между разными оттенками цветов, заложенным в языке.

По материалам сайта NewScientist 

Природа естественных языков не является полностью логичной, к тому же их состояние в каждый момент времени старается «законсервировать» литературная норма. Поэтому языки зачастую не используют в полной мере своих возможностей из-за ограничений, носящих чисто условный характер.

Так, во всех языках имеются продуктивные модели словоизменения и словообразования — те, по которым можно образовывать новые слова. Однако далеко не везде и не всегда это допускает норма.

Так, в английском языке модальные глаголы не имеют форм будущего времени, а глагол must «должен» даже не имеет прошедшего времени. Это объясняется определёнными историческими причинами, однако на практике значительно ограничивает свободу употребления данных глаголов. Если в русском языке можно сказать «Я смогу это сделать» и «Я должен был это сделать», то по-английски то же самое нельзя выразить продуктивным способом — нельзя сказать *I will can do it и *I musted do it, а можно только пуститься обходными путями и использовать синонимичные конструкции: I will be able to do it «Я буду способен это сделать» и I had to do it «Мне нужно было сделать это».

В русском языке согласно норме нельзя образовывать причастия будущего времени. К примеру, нельзя сказать *Смогущий сделать это человек, а можно только сказать Человек, который сможет это сделать. В то же время в некоторых других языках, таких как латинский или эсперанто, причастие будущего времени существует; например, «сделающий тот, который сделает» на латинском будет facturus (от facere «делать»), а на эсперанто faronta (от fari «делать»). Крылатое латинское обращение римских гладиаторов к императору Ave, Caesar, morituri te salutant! переводится на русский как «Здравствуй, Цезарь, умрущие идущие на смерть приветствуют тебя!»

Именно на такие моменты обращает внимание читателей русско-американский филолог и философ Михаил Наумович Эпштейн в своей Интернет-рассылке «Дар слова: проективный лексикон русского языка». Помимо введения лингвистически возможных, но запрещённых нормой языковых категорий вроде причастий будущего времени, он предлагает более активно использовать существующие в языке словообразовательные модели. Так, качество, свойственное Ивану, можно назвать иванистый (Он шёл иванистой походкой), а понятие «молча, но многозначительно переглянуться» можно выразить словом перемолкнуться (Наступила тишина, во время которой они перемолкнулись). Михаил Эпштейн также призывает образовывать больше слов по популярной в английском языке модели «слов-бумажников» (portmanteau words) — составных слов, сочетающих начало одного слова с концом другого. Например, человека, постоянно ищущего информацию, можно назвать инфонавтом, так же как интернавтом можно назвать человека, любящего сидеть в Интернете.

Такие слова вполне допускаются возможностями русского языка — так почему же их активно не образовывать и не использовать в устной и письменной речи? Соответственно, и языковая норма должна благосклонно принимать новые слова, если только они действительно заполняют в языке смысловые лакуны и обозначают понятия, которые существуют и встречаются в жизни, но не имели ранее для своего обозначения какого-то определённого слова.

Подписаться на рассылку «Дар слова» можно здесь.

Русская народная речь богата производными от корня люд- со значением нарядности или пристойности.

Так даже в книжной традиции XVIII-XIX века использовалось слово «людскость» в значении «учтивость, воспитанность, умение себя вести». Слова «людкость, людскость» есть в этом значении в словаре Даля.

В костромском говоре зафиксировано слово «вылюдник», а в псковском и ярославском — «вылюдье». Так называли праздничную одежду, в определении Даля: «часть одежды, в которой ходят из дому, гулять и в люди; праздничное платье».

Существует и глагол «вылюжаться» — прихорашиваться, наряжаться для выхода на люди.

«Средний подросток использует всего 800 слов в день», — прокомментировать такое утверждение предложили известному лингвисту Дэвиду Кристалу журналисты газеты «Санди Таймс». Поскольку в газете слишком коротко и извращённо представили его мнение, учёный разразился пространной записью в своём блоге на эту тему.

Принято считать, что современные подростки мало читают, много играют в компьютерные игры, деградируют и изъясняются междометиями. Эту точку зрения опровергает Кристал — известный социолингвист, специалист по детскому языку, автор многочисленных книг, в том числе книги о языке смс-сообщений „Txtng: the Gr8 Db8“ (2008).

Ещё никому не удалось разработать подходящую методологию измерения лексикона индивидуума, — объясняет Кристал. Недостаточно подсчитать слова по выборке текстов из, скажем, блога и других письменных произведений — потому что это только частичное отражение речи. Мало кто из исследователей пытался записывать речь микрофоном в течение дня — но когда такие эксперименты всё же проводились несколько лет назад, по их результатам в „Journal of Child Language“ можно говорить о тысячах различных лексем в течение дня.

Люди склонны недооценивать размеры лексикона, которым активно владеет средний носитель, — считает Кристал. Он вспоминает, как несколько лет назад ему попалось на глаза утверждение: лексикон среднего читателя жёлтой газеты «Сан» — 500 слов. Посчитав лексемы в электронной версии издания, учёный пришёл к выводу, что только в одном выпуске использовалось около 8 тысяч различных слов (лексем). Причём, напоминает он, столько же содержится в каноническом английском тексте Библии, если не считать имён собственных.

Богатство речи во многом зависит от контекста и темы. Заговорите с подростками о последней серии „Доктора Кто“ (популярный фантастический сериал на Би-Би-Си), и ребята продемонстрируют удивительное разнообразие лексики, включая слова вроде „инопланетянин“ и „регенерация“, — оправдывает подрастающее поколение Дэвид Кристал.

Болгарский язык — пожалуй, самый понятный из всех славянских языков для носителей русского языка. Это связано как с простотой грамматики (у существительных отсутствуют падежи), так и с обилием в русском языке слов, заимствованных из южнославянского по происхождению церковнославянского языка и обнаруживающих сходство с болгарскими. Генетически более близкие нашему языку белорусский и украинский менее понятны русскому человеку из-за большого обилия чуждых русскому языку польских (т.е. западнославянских) заимствований.

Таким образом, можно практически без предварительной подготовки читать болгарские тексты и понимать в них не менее 70-80%. Однако следует помнить о таком хитром явлении, как «ложные друзья переводчика» — слова, которые звучат сходным образом, но имеют разные значения. В болгарском такие тоже есть.

Например, бýлка значит по-болгарски отнюдь не «булка», а «невеста». Словом чýшка, которое иногда используется в русском языке как мягкое бранное слово, болгары называют … перец. Мáйка по-болгарски значит «мать», а обѝ чам — это отнюдь не «обижаю», а совсем наоборот: «люблю». Кстати, бессмысленно спрашивать, как по-болгарски будет «любить», ибо в болгарском языке глаголы не имеют инфинитивов, а словарной формой глагола является форма 1-го лица единственного числа настоящего времени.

Есть слова, имеющие сходное с русским языком значение, но не только его. Например, болгарское слово пръст совсем не обязательно значит «палец», «перст»; у этого слова есть омоним, означающий «земля», «почва».

Для чтения болгарских текстов очень полезен болгаро-английский и англо-болгарский словарь Eurodict.com, где у всех болгарских слов, помимо их переводов на английский, указываются ударения. Ложные друзья в виде удобной таблицы собирают на ВикиКнигах.

Примечание: буква ъ в болгарском читается примерно так же, как русский безударный а в слове садовод. Кстати, в русской фонетической транскрипции этот краткий редуцированный звук тоже обозначается как [ъ].

Максим Шарапов

Наконец удалось объяснить, зачем в языках избыточные богатства лексики. Толковые словари обходятся наборов в 2-3 тысячи слов, чтобы описать любой термин, однако в словаре даже среднестатистического человека в 2-3 раза больше лексем. Не редкость люди, активно употребляющие 20 и более тысяч слов в своей речи. Зачем всё это?

Учёные из Великобритании на результатах особого исследования показали, что богатство речи служит у людей аналогом красивого хвоста у павлина. Богатой и цветастой речью самец привлекает самку. Известно, что словарный запас человека сильно коррелирует с уровнем интеллекта, а интеллект является надёжным показателем «качества генов». Таким образом, выбирая более красноречивого партнёра, женщина выбирает более ценный генотип. Подробнее об этом на „Элементах“.