Используйте возможности языка по максимуму
Природа естественных языков не является полностью логичной, к тому же их состояние в каждый момент времени старается «законсервировать» литературная норма. Поэтому языки зачастую не используют в полной мере своих возможностей из-за ограничений, носящих чисто условный характер.
Так, во всех языках имеются продуктивные модели словоизменения и словообразования — те, по которым можно образовывать новые слова. Однако далеко не везде и не всегда это допускает норма.
Так, в английском языке модальные глаголы не имеют форм будущего времени, а глагол must «должен» даже не имеет прошедшего времени. Это объясняется определёнными историческими причинами, однако на практике значительно ограничивает свободу употребления данных глаголов. Если в русском языке можно сказать «Я смогу это сделать» и «Я должен был это сделать», то по-английски то же самое нельзя выразить продуктивным способом — нельзя сказать *I will can do it и *I musted do it, а можно только пуститься обходными путями и использовать синонимичные конструкции: I will be able to do it «Я буду способен это сделать» и I had to do it «Мне нужно было сделать это».
В русском языке согласно норме нельзя образовывать причастия будущего времени. К примеру, нельзя сказать *Смогущий сделать это человек, а можно только сказать Человек, который сможет это сделать. В то же время в некоторых других языках, таких как латинский или эсперанто, причастие будущего времени существует; например, «сделающий тот, который сделает» на латинском будет facturus (от facere «делать»), а на эсперанто faronta (от fari «делать»). Крылатое латинское обращение римских гладиаторов к императору Ave, Caesar, morituri te salutant! переводится на русский как «Здравствуй, Цезарь, умрущие идущие на смерть приветствуют тебя!»
Именно на такие моменты обращает внимание читателей русско-американский филолог и философ Михаил Наумович Эпштейн в своей Интернет-рассылке «Дар слова: проективный лексикон русского языка». Помимо введения лингвистически возможных, но запрещённых нормой языковых категорий вроде причастий будущего времени, он предлагает более активно использовать существующие в языке словообразовательные модели. Так, качество, свойственное Ивану, можно назвать иванистый (Он шёл иванистой походкой), а понятие «молча, но многозначительно переглянуться» можно выразить словом перемолкнуться (Наступила тишина, во время которой они перемолкнулись). Михаил Эпштейн также призывает образовывать больше слов по популярной в английском языке модели «слов-бумажников» (portmanteau words) — составных слов, сочетающих начало одного слова с концом другого. Например, человека, постоянно ищущего информацию, можно назвать инфонавтом, так же как интернавтом можно назвать человека, любящего сидеть в Интернете.
Такие слова вполне допускаются возможностями русского языка — так почему же их активно не образовывать и не использовать в устной и письменной речи? Соответственно, и языковая норма должна благосклонно принимать новые слова, если только они действительно заполняют в языке смысловые лакуны и обозначают понятия, которые существуют и встречаются в жизни, но не имели ранее для своего обозначения какого-то определённого слова.
Подписаться на рассылку «Дар слова» можно здесь.
