Самые необычные языки планеты

Всемирный атлас языковых структур (WALS) содержит типологическую оценку 2 676 различных языков мира. Эта постоянно пополняемая база данных служит подспорьем в типологических исследованиях современных лингвистов.

Исследователи из компании Idibon обработали информацию WALS с целью выявить наиболее необычные языки на Земле с точки зрения частотности языковых характеристик. В исследуемых языках оценивалась сравнительная частотность 21 характеристики, среди них порядок слов, разновидности звуков, способы образования отрицания и многое другое. Это позволило найти языки, сочетающие в себе наибольшее число относительно редких характеристик — то есть самые необычные языки планеты.

Каждый язык оценивался с точки зрения того, насколько часто свойственные ему языковые характеристики встречаются в других языках. Самыми «необычными» признавались языки, наибольшее число характеристик которых встречается в других языках наиболее редко. Например, для английского языка характерен порядок слов «подлежащее-сказуемое-дополнение» (SVO), который также встречается в 35,5% других исследуемых языков; стало быть, в этом отношении английский язык не может претендовать на необычность в мировом масштабе. А в таких языках, как валлийский, гавайский или язык африканского племени маджанг (юго-западная Эфиопия), при дефолтном порядке слов на первом месте в предложении стоит не подлежащее, а глагол-сказуемое. Это уже гораздо более редкая черта для языков мира — ею обладают лишь 8,7% исследованных языков; стало быть, в этом отношении данные языки действительно претендуют на то, чтобы называться «необычными». К слову, удивительно большой процент языков мира (41%) использует порядок слов «подлежащее-дополнение-сказуемое»; самыми известными примерами таких языков являются турецкий и японский.

В итоге в Idibon составили следующую карту 25 самых необычных языков планеты:

the-weirdest-languages

В Северной Америке это коренные языки чалкатонго-микстек, чокто, меса-гранде-диегеньо, кутенаи и зок; в Южной Америке — паумари, трумаи; в Австралии и Океании — питджантджантжара и лавукалеве; в Африке — харар-оромо, иракв, конго, мумуе, ю-хоан и хоехое; в Азии — ненецкий, восточные диалекты армянского, абхазский, ладахский и мандаринский литературный китайский (путунхуа); в Европе — немецкий, голландский нидерландский, норвежский, чешский и испанский.

В качестве ещё одного примера межъязыковой грамматической статистики приводится способ постановки общего вопроса («Я говорю по-английски» — «Ты говоришь по-английски?»). По результатам исследования, значительная часть языков мира (61%, или 584 из 954 исследованных) для маркировки общего вопроса используют вопросительную частицу в начале предложения (czy в польском, vai в латышском и т.п.) или в его конце (ka в японском, в турецком и других тюркских языках). Изменение порядка слов (например, «подлежащее-сказуемое-дополнение» → «сказуемое-подлежащее-дополнение») характерно лишь для 1,4% исследованных языков (13 из 954), причём большей частью это хорошо известные европейские языки, в основном германские (английский, немецкий, нидерландский, фризский, шведский, норвежский, датский), а также чешский, французский и испанский. Русский язык, в котором общий вопрос отличается от утвердительного предложения только интонацией, в статье не упоминается, однако упоминается коренной североамериканский язык чалкатонго-микстек, в котором общий вопрос не отличается от утвердительного предложения вообще ничем: ни наличием вопросительной частицы, ни порядком слов, ни даже интонацией.

Другим оцениваемым критерием была обязательность наличия в предложении личных местоимений-подлежащих (при их смысловой необходимости). В 61% исследованных языков (437 из 711) личные местоимения-подлежащие в предложении обычно опускаются, так как лицо и число субъекта можно восстановить по личной форме глагола. Именно так поступает большинство романских языков — испанский, итальянский, португальский (но не французский, где наличие личных местоимений-подлежащих в предложении обязательно) и многие славянские языки: польский, чешский, болгарский. В германских языках — английском, немецком, шведском, норвежском, датском — наоборот, личные местоимения-подлежащие в предложения обязательны (равно как в 82 из 711 языков, т.е. в 11%). Опять же, в статье не упоминается русский язык, в котором личные местоимения могут опускаться, однако чаще всего всё же присутствуют в предложении, несмотря на их грамматическую избыточность. Существуют также языки, такие как кутенаи (Британская Колумбия, Канада, 100 носителей) или мумуе (Нигерия, 400 000 носителей), в которых личные местоимения-подлежащие в предложении обычно присутствуют, но занимают в порядке слов предложения иное место, нежели подлежащие-существительные.

Объективные показатели необычности языков зачастую сильно отличаются от субъективных. Так, необычными для лингвистов и изучающих кажутся такие языки, как баскский, венгерский, индонезийский, кантонский китайский (Гонконг), литовский,  турецкий, хинди. Однако на самом деле объективные показатели их «необычности» крайне низки, так как их основные грамматические характеристики одновременно характерны и для большинства других языков мира. При этом интересно, что два крупнейших китайских диалекта-языка — кантонский (Гонконг) и путунхуа (Пекин) — находятся на противоположных полюсах языковой «необычности»; первый — один из самых грамматически «обычных» языков, второй — один из самых грамматически «необычных». Это объясняется, среди всего прочего, наличием уникальных звуков в путунхуа, таких как увулярные (язычковые) согласные, и наличием особых фонотактических ограничений на некоторые звуки: так, в путунхуа, как и в английском, при наличии заднеязычного носового сонанта [ŋ] он не может стоять в начале слова.

В то же время такие привычные языки, как английский, испанский или немецкий, на поверку значительно отличаются от большинства языков мира в плане грамматических характеристик. А это означает, что привычное — не значит обычное, просто современному европоцентричному мышлению очень часто бывает не с чем сравнивать.

По материалам сайта Idibon.com
Русская адаптация: Максим Шарапов

Самые странные и самые типичные (приложение)

Конкретные показатели „индекса необычности“ для некоторых известных языков с большом числом описанных показателей (чем ближе индекс к единице, тем больше редких черт сочетает язык):

  • хинди 0,0871867963
  • пенджабский 0,1082181882
  • венгерский 0,1315952469
  • осетинский 0,1836441173
  • турецкий 0,214469257
  • индонезийский 0,2447821146
  • каннада 0,3223746168
  • украинский 0,3751603084
  • гуарани 0,3917070077
  • узбекский 0,3925599894
  • эвенкийский 0,3945181175
  • русский 0,4005979134
  • маори 0,4356988655
  • чеченский 0,4614040097
  • финский 0,4658916539
  • тайский 0,518358747
  • лезгинский 0,5273419963
  • бурушаски 0,5320371598
  • польский 0,5639285226
  • иврит 0,6387805502
  • фарси 0,6485066275
  • хауса 0,6680021266
  • грузинский 0,6848851882
  • калмыкский 0,6959146211
  • ингушский 0,7307933322
  • аварский 0,7403300812
  • арабский (египетский) 0,7415535818
  • английский 0,7561592848
  • китайский 0,7884060012
  • испанский 0,7897220704
  • пушту 0,7942232919
  • абхазский 0,8445221032
  • армянский (восточный) 0,8611311418

Нет комментариев

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *